Живописный корейский арт-хаус о муках творчества и цене воспоминаний.
М — это первая буква имени Минву, так зовут главного героя, молодого писателя, который пытается закончить вторую книгу. Книга, понятное дело, отчаянно не даётся; при этом издатель уже ласково интересуется, когда же можно будет прочитать хотя бы начало, потому что у них в издательстве уже составлен план покорения рынка. Параллельно владелец издательства (и по совместительству отец жены писателя) столь же ласково интересуется, понравилась ли им новая мебель в новой квартире и выписывает чеки с шестизначными суммами, говоря «Не надо ни о чём беспокоиться». Писатель, понятное дело, всё-таки беспокоится — к тому же его то ли на самом деле преследует, то ли просто мерещится загадочная девушка, и писателю интуитивно кажется, что надо непременно понять, кто она и зачем его преследует, иначе с книжкой ни черта не получится.
Снято как в воспаленном сне режиссера-дебютанта (при этом у режиссера Ли Мьён-се это аж седьмой фильм) — пижонские ракурсы, ассоциативный монтаж, вечные неоновые огни и клубы сигаретного дыма, реальность оказывается фантазией и наоборот, сцены странным образом дублируются, люди раздваиваются, в определенный момент всплывает мистический бар в тёмном переулке, в котором, кажется, сходятся все важные линии. Такой Вон Кар-вай в кубе пополам с Дэвидом Линчем, в общем — не фильм, а мечта студентов-гуманитариев первых курсов. Покажи мне лет в 20 это кино, и я бы носился с ним, как с писаной торбой. (Ну да, я в 20 как раз носился с Медемом, посмотрел «Любовное настроение» и время от времени пытался писать рассказы, в которых происходило примерно то же самое, что и в фильме «М»).
Но вот в чём штука — в финале всё складывается таким образом, что вся эта чрезмерная выразительность, за которую полфильма тянет режиссера линейкой по рукам отходить, оказывается совершенно оправданной. У Ли в рукаве оказывается примерно тот же козырь, что и у Скорсезе в «Острове проклятых» (не буду подсказывать). И фильм в результате забавным образом получается практически о том же, о чём и «Милые кости» Джексона — о том, как воспоминания об утратах сидят у нас на закорках и мешают идти дальше. И даже в том, что мысль эта подаётся максимально наглядно, «М» и «Кости» весьма схожи. Разница только в одном — если Джексон размахивает раскраской для младшего школьного возраста, то у Ли на вооружении скорее что-то вроде альбома с работами модных фотографов для студентов-искусствоведов.
(Моя машинка для вырезания скриншотов немного сломалась, извините, поэтому в плане кадров мы немного ограничимся).
С.М.
